логотип Юридического института
{
18
Сентября
Пятница

Сегодня свой
день рождения празднует
Чеботарев Владимир Евгеньевич
Коллектив института
от души поздравляет Вас!

Участие кафедры «Морское право» в Международном научном форуме «Противодействие терроризму на транспорте: правовые и организационные аспекты»

С 3 по 4 сентября 2020 г. в Юридическом институте Российского университета транспорта в режиме удаленного доступа прошел международный форум «Противодействие терроризму на транспорте: правовые и организационные аспекты». Ее основным организатором выступила наша родственная кафедра «Транспортное право».

Заведующий кафедрой «Морское право» д.ю.н., проф. Гуцуляк В.Н. выступил с докладом «Частные военные компании, их роль в противодействии терроризму и пиратству на морском транспорте».

Борьба с терроризмом во всех его проявлениях, а также морским пиратством, вне всякого сомнения является прерогативой государства. Для этих целей в его арсенале имеется достаточно много средств, прежде всего, конечно, это использование спецслужб. Вместе с тем, в последние годы все большая роль в этом деле отводится так называемым частным военным компаниям (ЧВК).

Про ЧВК

ЧВК ( на англ. Private military company) – это коммерческая организация, предоставляющая услуги военного характера, такие как охрана стратегически важных объектов, сопровождение конвоев, обучение личного состава правительственных вооруженных сил, сбор разведывательных данных, логистика, консультирование и т.п. На сегодняшний день рынок такого рода услуг в мире оценивается в объеме свыше 100 млрд долларов. К настоящему времени правовой статус ЧВК в значительной степени остается неопределенным. С точки зрения правового регулирования ЧВК остаются в так называемой «серой зоне». С одной стороны, ЧВК прямо не запрещены, но в то же время отсутствуют НПА, которые предусматривали бы четкий статус и режим использования ЧВК. С точки зрения правового регулирования, одна из основных проблем - это отграничение сотрудников ЧВК от наемников. Наемничество, как известно, запрещено как международным правом, так и национальным законодательством. Например, российский УК (ст.359) предусматривает за участие в вооруженных конфликтах на территории другой страны до 7 лет лишения свободы, а за вербовку, обучение и финансирование наемников – до 15 лет. А грань между ЧВК и наемниками иногда довольно зыбкая.

Сегодня даже в научной литературе ЧВК фактически отождествляют с наемниками. Это, конечно, неверно. Сотрудники ЧВК, как правило, не участвуют в военных действиях, а потому они не могут быть квалифицированы как наёмники. В России деятельность ЧВК уже давно пытаются узаконить, но пока безуспешно. Так в начале 2018 г. за принятие соответствующего закона выступал министр иностранных дел Сергей Лавров. Существует несколько проектов такого закона, но пока они не получили развития.

Деятельность ЧВК на морском транспорте получила широкий размах в последние годы в связи со всплеском морского пиратства у берегов Сомали, когда стали особенно востребованы услуги по вооруженному сопровождению и защите морских судов. Появились ЧВК, которые стали специализироваться исключительно в сфере охраны морских коммуникаций. Пример, российская ЧВК «Моран Секюрити Групп», зарегистрированная в Москве. Один из ее клиентов – отечественная судоходная компания «Совкомфлот».

Если речь идет об охране судна, то на его борт направляется группа вооруженных охранников численностью от двух до четырех человек, вооруженных снайперскими винтовками, иногда пулеметами. Вооруженная охрана доставляется на борт судна в порту отхода либо в открытом море вертолетом или катерами.

ЧВК также предоставляют услуги «групп быстрого реагирования», насчитывающие от 10 до 30 человек. Они находятся на постоянном посменном боевом дежурстве, на корабле-базе. Для быстрого перемещения группы используют быстроходные малые катера и моторные яхты, нередко имея на борту такого транспорта крупнокалиберные пулеметы, скорострельные автоматические пушки малого калибра, автоматические гранатометы и другие виды оружия.

Одна из проблем использования ЧВК на морском транспорте – это перевозка оружия. Дело в том, что заход судна с оружием на борту вообще запрещен в порты некоторых государств. Кроме того, при нахождении судна в территориальном море прибрежного государства оно может быть подвергнуто остановке и обыску, и если на борту будет обнаружено оружие, это может иметь самые серьезные последствия для всего экипажа судна. Поэтому чаще всего, чтобы избежать проблем с перевозкой оружия используются альтернативные средства защиты судна - мощные водометные системы, специальное акустическое оружие, пневматические катапульты (например, для выбрасывания сетей) и пр. Выполняются работы и по инженерному оборудованию судна: устанавливаются сигнальные и светошумовые мины, колючая проволока и др.

Иногда используются специальные суда – плавучих арсеналы, которые находятся в открытом море за пределами действия юрисдикции какого-бы то ни было государства. На таком судне ЧВК может получить нужное оружие, боеприпасы и снаряжение, и при необходимости сдать все перед заходом в порт.

Еще один способ избежать проблемы наличия оружия на борту – это его одноразовое использование. Оружие приобретается перед выходом в море, а перед заходом в порт назначения просто выбрасывается за борт. Учитывая, что, например, автомат Калашникова в африканских станах стоит примерно около 200 USD, а его официально оформление обходится в 1000 USD, то выбор здесь очевиден. Некоторые крупные ЧВК используют вооруженные патрульные суда, которые не только сопровождают торговое судно, но и способны атаковать пиратов.

Роль ЧВК по охране судов в пиратоопасных районах и противодействию терроризму в обозримом будущем, вне всякого сомнения будет расти по следующим причинам:

1) проблема морского пиратства, представляющем серьезную угрозу международному судоходству, до сих пор не решена, в этой связи, использование услуг ЧВК – одна из возможных мер, используемых судовладельцами для снижения риска захвата судна при плавании в пиратоопасных районах;

2) стоимость услуг ЧВК ниже, нежели дополнительные расходы, связанные с обходом пиратоопасных районов. Но даже находясь на значительном удалении от берега судно не застраховано от нападения. В последнее время пираты используют для атак крупные так называемые «материнские» суда, которые используются в качестве баз для более мелких судов, совершающих нападения на торговые суда за сотни миль от берега.

В этой связи, учитывая тенденцию к возрастанию роли ЧВК в деле обеспечения безопасности судоходства, конечно же необходимо на законодательном уровне установить статус и режим использования ЧВК. В целом же, ЧВК и их деятельность должны стать предметом пристального внимания как со стороны юристов-международников, так и специалистов различных отраслей национального права.

Принятие закона о ЧВК только способствовало бы повышению уровня безопасности судоходства и эффективному противодействию терроризму и морскому пиратству.


С докладом «Международно-правовые аспекты борьбы с кибертерроризмом» выступил к.ю.н., доцент кафедры «Морское право» Аль Али Насер. Развитие и распространение высоких технологий, в том числе глобальных сетей во многих государствах привело к появлению новой формы терроризма под названием «кибертерроризм». От кибератак и от деятельности так называемых «кибертеррористов» в виртуальном пространстве могут пострадать тысячи люди и информационные технологии в современном мире, к сожалению, оказывает огромное влияние на совершение террористических актов в разных уголках нашей планеты.

Тезисы о кибертерроризме

Внимание к кибертерроризму сильно возросло во всем мире, когда стали использовать компьютеры и информационно-коммуникационные системы во всех сферах деятельности человека и государства, а именно в области обеспечение национальной безопасности, предоставления государственных услуг, здравоохранения, образования, ЖКХ, управления транспортом, торговли, финансов, а также межличностного общения и др. Современные террористические организации активно используют информационно-коммуникационные технологии для вербовки и подготовки новых членов в свои ряды, сбора средств и данных, для запуска серии террористических атак, запугивания общественности, нарушения работы государственных и банковских компьютерных систем, компьютерных систем международных органов.

Одним из наиболее актуальных вопросов на международном уровне является отсутствие конкретного определения международного терроризма в целом и кибертерроризма в частности. Мировое сообщество пока не уделяет должного внимания указанной проблеме. Термин кибертерроризм легально не закреплен ни в одном международно-правовом акте.

На доктринальном уровне уже существует различные работы по определению кибертерроризма и борьбе с ним. На сегодняшний день, проводимые меры на национальном, региональном и международном уровнях по борьбе с кибертерроризмом носят скорее формальный характер и нередко оказываются неэффективными в практической деятельности.

Сотрудничество государств в борьбе с кибертерроризмом осуществляется в основном на региональном уровне, были приняты соглашения о киберпреступности, под эгидой Совета Европы была принята Конвенция о преступности в сфере компьютерной информации 2001 г. Единственным международным договором регионального характера, который частично затрагивает вопросы противодействия кибертерроризма является Арабская конвенция по борьбе с преступлениями в сфере информационных технологий от 21 декабря 2010 г.

Для того чтобы определить надлежащие правовые средства противодействия такому противоправному деянию, следует дать ему международно-правовую квалификацию, выявить возможность его отнесения к международным преступлениям или преступлениям международного характера. При этом для эффективного противодействия кибертерроризму необходимы совместные усилия всех членов ООН по разработке единого понятийного аппарата, включая универсальное определение кибертерроризма и дальнейшей его кодификации; разработке международных критериев, определяющих признаки террористических интернет-ресурсов.

В 2011 году Россия представила в ООН проект конвенции "Об обеспечении международной информационной безопасности", но к сожалению она пока не принята.

Заключительные выводы.

  • Необходимо внести кибертерроризм в разряд уголовных преступлений и создать всеобъемлющую правовую базу для борьбы с этим явлением.
  • Особую роль в борьбе с кибертерроризмом играет переподготовка и регулярное повышение квалификации кадров, которые специализируются на борьбе с кибертерроризмом.
  • Необходимо укрепление механизмов сотрудничества, координации и обмена информацией и опытом между специализированными и глобальными и региональными организациями, занимающимися борьбой с кибертерроризмом.
  • Также важно осуществлять постоянное сотрудничество и координацию с Интерполом в области обмена информацией особенно в отношении кибертерроризма.
  • Необходимо принять согласованные международные стандарты для определения концепции кибертерроризма, мирного использования международной информационной сети и обеспечения защиты компьютерных сетей от действия кибертеррористов.